Для тех, кто хочет знать все о мировом финансовом рынке, рынке ценных бумаг, криптовалютах, участниках финансового рынка и его структуре.

Почему Америка не в способна регулировать Биткойн

360

В США регулярно проходят слушания по предлогу Биткойна и его деривативов. И ни разу присутствующим экспертам не удалось дать четкие характеристики тому, что в действительности происходит. В условиях нынешней правовой системы Америка не может регулировать Биткойн – один-единственный возможный вывод, если бы они говорили прямо и без всяких аналогий.

Конституция гарантирует гражданам Америки их неотъемлемые права, а Биткойн – это конфигурация печати, защищённая Конституцией. Получить контроль над Биткойном можно в единственном случае – если изменить Конституцию; а это не внесение новоиспеченной поправки, а удаление Первой поправки целиком и полностью. Противники Биткойна неизбежно столкнутся с надёжным и в конечном итоге эффективным юридическим преградой, которое исключает всякую возможность биткойн-регулирования или вмешательства со стороны комиссии по фьючерской биржевой торговле США (СFTC), бюро по войне с финансовыми преступлениями (FinCEN) или любого другого ведомства; а также вмешательства со стороны государства. А соблюдая Основной закон Соединенных Штатов, Америка будет вырвана в дальнейшем стать мировым центром всей Биткойн-индустрии.

Позвольте я объясню происходящее

Некоторые говорят, что Биткойн – это валюта, иные, что нет. Это не важно. Действительно важны три вещи: что такое биткойн; что то, для чего предназначена Биткойн-сеть совершенно надежно; и какова истинная натура сообщений внутри сети.

Биткойн – это установленная на узлах система распределенных реестров, которая контролирует и регулирует размещение поступлений на Биткойн-адреса. Все функционирует за счет передачи извещений, т.е. записей, между компьютерами сети (известными как «узлы»), там эти сообщения проходят процесс криптографии, проверяется их подлинность, сверяются эти отправителя и получателя сообщений и их расположение в открытом распределенном реестре. Пересылаемые между «узлами» Биткойн-сети сообщения декламируемы и доступны для печати. Если нет записи, то нет никакого смысла в любой биткойн-транзакции. Биткойн – это всегда текст.

Код Биткойна можно распечатать на бумаге. А выходные эти могут принимать разные формулировки, в виде QR-кодов для считывающих устройств или в виде букв A-Z, a-z или 0-9. Это значит, что их можно прочесть, как книгу «Гекльберри Финн» например.

Во времена формирования Соединенных Штатов Америки мудрые отцы-основатели новой края, презирающие жестокость и тиранию, памятуя об отсутствии свободы слова в прессе в странах, из которых они бежали, вписали в Конституцию тогда еще молодой Федерации Независимых Штатов однозначную и недвусмысленную свободу, «Свободу прессы». Это была самая Первая поправка в силу её основополагающего смыслы для свободного общества. Первая поправка гарантирует любому американцу право публиковать и распространять что угодно, без ограничений и предварительной цензуры со сторонки государства.

Конгресс не должен издавать законов касающихся утверждения государственной религии или запретов на свободное вероисповедание; или ограничивать независимость слова или прессы;, или права народа мирно собираться; и обращаться к Правительству с петициями об удовлетворении жалоб.

Одна один-единственная строчка и запрещены любые законы о любых ограничениях относительно Биткойна навечно.

В 1995 в Своде законов правительства США были законы, ограничивающие экспорт не лицензированного криптографического программного обеспечения из Америки. Эту продукцию классифицировали как «военное оборудование». Первые версии прорывного программного обеспечения для криптографии с отворённым ключом «Pretty Good Privacy» или «PGP», написанные Филиппом Циммерманом сразу же вывели из США через электронные доски объявлений (BBS) по коммутируемым телефонным сетям. Но за пределами Соединенных Штатов все снимки «PGP» считались «пиратскими». Чтобы решить вопрос нелегального копирования в действие привели остроумный план: использовать Первую исправление Конституции как средство легализации процесса.

Исходный код «PGP» был распечатан.

Это так просто. Как только исходный код «PGP» напечатали как книгу, он мгновенно и, что ещё значительнее, безоговорочно, попал под защиту Первой поправки. В это же время правительство США до абсурда пытается доказать, что нематериальное программное обеспечение — это конструкция, а не текст (программное обеспечение или «двоичные файлы» — это запись, которую можно запустить на устройствах). Понятно, что сама дума о том, что программное обеспечение это устройство, явно абсурдна. И вместо того, чтобы тратить деньги, оспаривая этот проблема в суде, код «PGP» распечатали. Все сомнения в том, что здесь действует Первая поправка, тут же исчезли.

Распечатанный исходный код вполне легально, и без обмолвок, отправили на корабле в другую страну, а затем перенесли на устройство с помощью OCR (Optical Character Recognition – программное конструкция, которое может перевести печатную страницу в текстовый файл, без необходимости набора текста вручную). В результате код «PGP» легально экспортировали из Соединенных Штатов.

Ровное сходство с Биткойном должно быть очевидно. «PGP» и Биткойн это:

  1. Составные программного обеспечения, которые можно напечатать в облике текста на бумаге;
  2. Программы, которые воссоздают уникальные наборы текста, понятные человеку;
  3. Разработаны создавать записи (текст), а это покрывается Первой исправлением на 100%.

Цель «PGP» — полная проверка идентификации личности отправителя сообщения и гарантировать, что сообщение не было прочитано или изменено во пора передачи. Цель Биткойна – окончательное подтверждение для владельца криптографического ключа (а это фрагмент записи) возможности снять блок с записей в реестре во всемирной Биткойн-паутине. Оба компонента программного обеспечения — системы связи и мены сообщениями, полностью попадают под первую поправку Конституции, как ни крути. Начиная с исходного кода, когда пользователи программного обеспечения составляют текстовые извещения, а компиляторы преобразуют их в машинный код, обрабатывают, отправляют и получают.

Биткойн – это текст. Биткойн – это речь. И в такой свободной краю как Америка, где каждому гарантируются его неотъемлемые права, а свобода издательской деятельности однозначно определена Первой поправкой к Конституции, он не может быть регламентирован.

И Биткойн и «PGP» воссоздают извещения, инициируемые пользователями. Любое сообщение, созданное одной из двух программ, уникально. Закон об авторском праве и закон о патентах соответственно – один-единственная ветвь в законе, на которую можно ссылаться относительно их исходного кода и выходных данных. Исходный код Биткойн не защищен авторским правом, а основная концепция сети не запатентована. В любом случае, это никак не относится к сути биткойн-сообщений.

Закон об авторском праве дает преимущество автору текстовых извещений, так как штрафуют того, кто копирует сообщение без вашего разрешения, но это не имеет никакого отношения к экспорту или введению налога на сами извещения. И, конечно же, запрет на копирование биткойн-платежей скорее противоречит самой цели использования Биткойна. Принимая всё это во внимание, любой законодательный или контролирующий орган, трёх или шести-буквенные федеральные агентства Америки, или иной государственный орган, который осмелится попробовать регламентировать работу сети Биткойна – потерпят неудачу. Этот сложный правовой проблема должен быть решен и закреплен. Так как, если государство сможет принимать законы в отношении одного элемента программного обеспечения, генерирующего извещения, то возникший правовой прецедент позволит правительству США регламентировать любое ПО, независимо от его функций.

Функции Биткойна принципиально не выделяются от функций электронной почты, обмена сообщениями и связанного с интернетом программного обеспечения – это передача сообщений. Единственное отличие – это программа, какая отслеживает способ связи сообщений отправителя и получателя. Электронная почта не отличается от Биткойна, за исключением того, что содержание послания и протоколы отправителя и получателя не сохраняются в открытом распределенном реестре. Мы знаем, что они хранятся в закрытой базе данных, но это уже иная история…

И еще один пример из судебной практики, доказывающий, что это обоснование верно.

Когда аспирант государственного исследовательского университета США в Беркли, штат Калифорния, Бернштейн завершил разработку криптографического шифра (алгоритма), какой он назвал «Snuffle». Бернштейн хотел опубликовать: криптографический алгоритм, работу математического программирования, где описывается и объясняется алгоритм криптографии и  «отправной код» компьютерной программы, где данный алгоритм описан в коде. Бернштейн хотел обсудить эти вопросы на математических конференциях, в аудиториях университета и на иных открытых встречах. Закон о контроле экспорта вооружения и правила международной торговли оружием (законодательная схема МДТО (интернациональный договор о торговле оружием)) обязали Бернштейна предоставить в управление для экспертизы его работы по криптографии, зарегистрироваться в качестве торговца оружием и подать заявку на получение государственной лицензии на публикацию своих трудов. Отказ выполнить эти требования привел бы к строгим гражданским и уголовным взысканиям. Уверенный в том, что это нарушение его прав в силу первой исправления Конституции Бернштейн подал на правительство в суд и … выиграл.

В деле Бернштейн против министерства юстиции США было доказано, что код – это текст, и он под защитой Первой исправления. Это полностью и безоговорочно применимо к Биткойну и его жуткой параллельной работе по идентификации пользователей по стандартам проверок KYC/AML. Просить биткойн-трейдеров расписываться как «Денежных передатчиков» и ещё до оплаты добиваться лицензии на отправку текста в сеть Биткойна и его размещение в распределенном реестре противоречит Конституции также, как заявки ITAR (Правила международной торговли оружием (положения Госдепартамента США по контролю за экспортом товаров и технологий, связанных с обороной и безопасностью)) в касательстве PGP.

Девятый окружной апелляционный суд принял сторону Бернштейна и постановил, что написанное программное обеспечение это речь и находится под защитой Первой исправления, а постановления правительства, запрещающие его разглашение, противоречат Конституции. Очевидно, что Биткойн попадает прямо под раздел о защите слова и это без вариантов. Суды США должны пришагать к такому же заключению в отношении Биткойна. Биткойн – речь, которая находится под защитой закона, о чем так ясно говорит судебная практика.

Позиция, где биткойн – валюта, изначально неверна. Вылитые системы существуют уже много лет, и не привлекают внимание законодательных органов. Возьмем, к примеру, популярный флеш-симулятор управления фермой «FarmVille» на Facebook.

Игра «FarmVille» доступна в облике приложения Adobe Flash на сайте социальной сети Facebook и в интернет-играх от Microsoft. В 2010 в течение короткого этапа была доступна как приложение для iPhone, iPod Touch и iPad. Игра бесплатна, однако, чтобы продвинуться в игре скорее, игроков склоняли тратить игровые наличные FarmCash (в игре FarmVille) или FarmBacks (в игре FarmVille 2). Их покупали за натуральные деньги или «получали как помощь от других игроков». Появившись на Facebook в 2009, FarmVille стала самой популярной игрой на сайте и придерживалась на этой позиции в течении двух лет. В марте 2010 на пике своей популярности 83,76 миллиона игроков запустили игру FarmVille желая бы раз. (согласно Wikipedia)

По сути, эта невероятно популярная игра не отличается от Биткойна. FarmBucks, как и биткойны, существуют только внутри затворённой системы. Единственное отличие – размер пространства, в котором пересылаются сообщения, а в случае с FarmBucks, число пользователей и транзакций (посланных сообщений) огромно. 83,760,000 активных пользователей игры FarmVille в месяц, и ни одного из них не подвергли проверке по стандартам KYC/AML при мене фиатов на FarmBucks или FarmCash. Почему же? Что произошло с этими деньгами? Почему в отношении этой игры не было комиссии по ценным бумагам или бюро по войне с финансовыми преступлениями как в случае с ICO? Разумного объяснения нет. Этот пример очень эффективен в качестве средства в борьбе с теми, кто ратифицирует, что биткойн – валюта и чем-то принципиально отличается от денег в игре. Все разумные обоснования различий, которые они используют (преимущественно в конфигурации больших и сложных предложений), неопределенны, и никогда не касаются основополагающих процессов. Иначе, у них бы не было выбора, кроме как пришагать к выводу о том, что как предмет для регулирования Биткойн ничем не отличается от FarmBucks или PGP.

Очевидно, что позволить законодательству прикоснуться к Биткойну — будет означать, что любое программное обеспечение будет подвергнуто неожиданным произвольным и неэтичным ограничениям. Тогда будет создан прецедент, разрушительный для развития всей отрасли программного обеспечения в США. А компьютерные программы – это оружия, с помощью которых все функционирует, сообщается, обменивается и упорядочивается в современном обществе. Фактически, организация современного общества без компьютерных технологий невозможна.

Так, под контролем вдруг окажется Твиттер. Суть пересылаемых в Твиттере сообщений не отличается от сообщений, передаваемых в Биткойне. Один-единственное отличие – в распределенном реестре, который поддерживает государство и приложении для отправки сообщений. На самом деле, Twitter будет легко преобразуется в компанию Биткойн; добавить несколько строк, чтобы внести ссылку на Биткойн для каждого пользователя в несложном формате обмена данными в формате JSON, добавить страницу для клиентов и запустить свой собственный пул Биткойн-серверов. Можно ли с поддержкой дополнительного шифра быстро перевести Твиттер в другое сообщество? Изменит ли это природу каждого отправленного внутри сети поста? Каким манером биткойн-адрес, интегрированный в ваш твиттер-аккаунт, отличается от его написания вашим подписчикам вручную?

Фактически, Биткойн дает возможность заключать письменные договоренности между незнакомыми людьми не подписывая никаких документов. Сеть и программное обеспечение при помощи криптографических записей в тексте беспокоятся об идентификации личности и выполнении соглашений. Люди, призывающие к «BitLicenses», биткойн-регулированию, утверждают, что Конституция США не должна распространяться на Биткойн в мочь специфики его применения. Это полное безумие, и это приведет к непредвиденным, совершенно катастрофическим последствиям для экономики Америки, поскольку почти все ныне косвенно или напрямую связано с программированием.

С другой стороны, если оставить Биткойн развиваться, а рынку позволить устанавливать услуги и оружия определения стоимости и решения споров, Биткойн, как отдельная экосистема, широко распространится и будет в высшей степени стабилен, как разросшийся за 20 лет без государственного контроля и надзора интернет ныне.

Более того, как я уже говорил, пользуясь правом первого, отправной и конечной точкой всех биткойн-операций со всего вселенной станет та страна, которая не приводит в действие законодательство относительно Биткойн. Биткойн – это пиринговая сеть, к которой не приступиться. Для всех ведомств Биткойн останется свободным, и им ничего с этим не сделать.

Во Франции мы уже видели похожее явление касательно правового позы криптографии. Во Франции регламентировали криптографический протокол SSL, пока политик и экономист Доминика Стросс-Кан не сняла ограничения. Они ведали, что если не удастся защитить французские вебсайты с помощью SSL, в случае необходимости «электронный бизнес во Франции» войдет в состав мощного фреймворка по неопасной эксплуатации браузеров «le pays Roosbeef». Американская коммерческая деятельность Биткойна (поскольку в ее юрисдикции будут конечные точки операций) будет облагаться налогом на барыш, а это процент от триллионов операций, проводимых в сети по всему миру с любыми всевозможными целями.

В отношении любой иной страны верно то же самое. Принимая правила регулирования «BitLicenses» и заявляя, что по «указке сверху» биткойн – это или валюта, или товар или легитимизованное платежное средство, Соединенные Штаты намеренно наносят себе вред. Как я уже описывал выше, по своей природе Биткойн невозможно отнести ни к одной из этих категорий. А огромное количество приложений, куда его можно будет ввести, ещё только зарождаются. Проект (прим.ред: автора статьи) Azteco – лишь одинешенек из них, с потенциалом охватить миллиарды людей у которых нет банковского счета по всему миру, и предоставить им простой способ доступа к интернет-торговле всемирного масштаба, в системе, где невозможны аферы с оплатой платежей. Потенциальная выгода для людей, не имеющих счета в банке, веб-сайтов, торгующих товары он-лайн, и областей, в которых они работают беспрецедентна. Только глупец будет вредить появлению этих реорганизаций.

Ни одному законодательному органу не угнаться за текущими достижениями в программном обеспечении: в мире слишком много свободных разработчиков и эффективных программных продуктов; и все имеют равновеликие возможности выхода на рынок. Лучшее, на что может рассчитывать государство – это налогообложение новой бизнес-индустрии, где внедряют появляющиеся новоиспеченные программные продукты подбадривая предпринимателей внедрять их в свой бизнес. Если Америка готова любой ценой оттереть разработчиков Биткойна, биржи и коммерческие организации нового формата, пусть сделает и возьмет на себя последствия. В вселенной много других мест, где есть быстрые интернет-каналы, и где правительство не так отрицательно настроено к прогрессу. Если что, Skype был основан в Эстонии, а не Кремниевой Долине в Калифорнии. Все крупные биткойн-биржи есть за пределами США. И на то есть причина. Никто из желающих начать работать с биткойнами не планирует переехать в Нью-Йорк, не важно откуда, потому что им популярно, что их бизнес-модели сразу же окажутся под ударом.

Тех же, кто опасается свободных торговых площадок в Биткойне, остается заверить, что все существующие в сегодняшнее время законы в отношении мошенничества, воровства, коррупции и всего остального также применяются по отношению ко всем людям и корпорациям, какие используют Биткойн. Биткойн не издает законов и не выносит на обсуждение ваши личные или корпоративные обязательства. Имея дело с компанией, вы продолжаете оставаться под защитой закона. Если некто обещает вам продать товары за биткойны, это предложение имеет законные основания, поскольку вы платите биткойнами. Благонадежные биткойн-организации выстроят систему позволения споров по примеру eBay и Amazon, чтобы добиваясь справедливости вам никогда не приходилось обращаться в суд. В интернете репутация – это все, испортив славу можно за ночь потерять доверие к себе и всю базу клиентов. Это гораздо более мощный стимул поступать верно, как по умолчанию поступают большинство людей в отсутствие иных договоренностей, чем какие-то произвольные и абсурдные правила «BitLicense».

Ни одни правила в вселенной не смогли бы предотвратить неполадки в программном обеспечении на бирже MTGox, и ни один закон не вернет деньги, прямо или косвенно утерянные в результате этой ошибки. Повторюсь, делают жизнь легче и лучше работающие в интернете предприниматели, а не законы и постановления. Не контроль заставляет программу трудиться корректно, а разработчики.

А для тех, кто выступает за существование правил регулирования «BitLicense» у меня есть совет. Не тратьте чужие пора, деньги и средства на разрушение этой глупой идеи. Фонду электронных рубежей (EFF) есть на что потратить время, чем опять и снова изучать «сценарии использования» PGP. Если это дойдет до суда, вы проиграете, и, как следствие, Америка потеряет свою ведущую роль, так как все биткойн-предприниматели побегут из США туда, где им позволят вводить инновации, расти и процветать.

А что могут сказать люди, желающие принудительно ввести правила регулирования «BitLicense»? Что они не доверяют самим себе? Это целый абсурд. Что они не доверяют своим конкурентам? В этом случае их конкуренты действуют недобросовестно, в то время как работающие добросовестно имеют базарное преимущество, и помнят, лицензирование не защитит общественность от мошенничества и не даст никаких гарантий, это может только извратить базар.

Чего действительно хотят сторонники «BitLicense» — это гарантированного рыночного превосходства. Они хотят предотвратить предпринимательство в «золотой век криптовалюты», так как это может сломать их бизнес. Они хотят замедлить и подавить внедрение инноваций, и стать прочным и неприступным контролером. Им хочется перекрыть поток новоиспеченных участников на рынок. Это просто не получится. И это не по-американски.

Законодательной власти Америки необходимо позволить «американской мечте» процветать и углублять свое влияние на Биткойн, или его придется подчинить закону, и этот процесс уже начался. Уже дважды в судах США в выдвинутых против двух человек обвинениях в «отмывании денежек» определили что биткойн не является валютой:

Мировой судья США Хью Б. Скотт вынес решение по делу об отмывании денег в г. Буффало, шт. Нью-Йорк: биткойн – скорее объект потребления, а не разновидность валюты, как сообщили в местных новостях.

Он предложил снять обвинение в отмывании денег с подсудимого, так как биткойн – не денежки.

В прошлом году в деле об отмывании денег, окружной судья в Майами-Дейд Тереза Мэри Пулер выразилась предельно четко, даже для тех у кого мало знаний в этой области: биткойну еще предстоит пройти долгий путь, прежде чем его приравняют к денежкам.

Биткойн – это не валюта. К нему вообще не следует применять политику идентификации пользователей по стандартам KYC/AML. Постановление Хью Б. Скотта весьма значимо, потому что полностью противоречит идее «BitLicence». И чтобы не было никаких сомнений, всё это, включая законные оружия защиты прав при нарушении обязательств, применяемые к «ICO» — не более, чем запись, хранящаяся в базе данных… Тот факт что их именуют «первичное предложение монет, первичное размещение монет» не имеет отношения к базовым процессам. И это не незаконно копировать стиль и термины из области финансов, если они не зарегистрированы или не охраняются авторским правом. Называясь «Фондовая биржа» голливудская фондовая биржа никого не обманывала. У противников Биткойна и ICO нет никаких веских аргументов, а организованные уже избитые аргументы в пользу регулирования также шатки как фиаты.

Источник: bitnovosti.com